— Почему бы тогда не установить предохранительную чеку и тем самым предотвратить самопроизвольный выстрел? — предложил он.

Для священнослужителя слишком большая осведомленность в подобных делах, подумал я.

— Можно, если есть на это время.

— А у вас, полагаю, его нет.

— Ну, не всегда.

Он продолжал стоять у автомобиля, держа револьвер в одной руке, а кобуру от него в другой.

— Вам довелось побывать на войне, — заметил он. — Сражались против британцев?

Наверняка начитался американских газет, которые в подробностях описывали те события, предположил я и утвердительно кивнул.

— Можно сказать, так оно и было.

— Вообще-то говоря, Гражданская война — отвратительная штука, — сказал священник и покачал головой. — Как я понял из газет, ирландцы убивают друг друга с еще большей жестокостью, чем это делали в свое время британцы. Почему же ирландские республиканцы несколько месяцев тому назад застрелили Майкла Коллинза, ведь он, как никто другой, способствовал поражению англичан?

— Каждый хотел урвать себе кусок пожирнее, — пояснил я. — Мерзко все это.

— Должен сказать, он был неустрашимым республиканцем, — промолвил святой отец и поднял револьвер выше. — Я не особенно разбираюсь в оружии, но, похоже, ваше не очень удобно в руке.

— Не сказал бы, — ответил я. — Я левша, и его рукоятку специально для меня переделали.

Он продолжал осматривать мое оружие, очевидно удивляясь отсутствию мушки на конце ствола. Когда между камнем и задним мостом машины образовался небольшой зазор, священнослужитель положил кобуру с револьвером обратно на сиденье «мерседеса», приподнял сутану и опустился на колени рядом со мной.

— Что будем делать?

— Теперь надо ее толкнуть, а там будет видно.

Мы приложили много сил, прежде чем машина сдвинулась с места. Мне уже начало казаться, что наши попытки так ничем и не закончатся. Однако вскоре домкрат наклонился вперед, и «мерседес» тронулся, зацепив при этом задним бампером за тот самый злополучный камень. Священник, потеряв равновесие, упал на руки, а я, забежав вперед, поставил автомашину на ручной тормоз. Тем временем святой отец с улыбкой провинившегося школьника уже поднимался на ноги, выколачивая из бороды пыль.